Юрий ЧЕХОНАДСКИЙ – 72

15 февраля 2018 года поэту Юрию Чехонадскому исполнилось бы 72. Он ушёл от нас на 62-м году жизни. Сегодня мы публикуем подборку стихотворений в память о его светлом таланте.

***

Солнце - это узел. Нитка - горизонт.

Тихо дремлет море, тих Эвксинский Понт.

Где-то под водою в бесконечном сне

амфоры в ракушках на песчаном дне.

Льётся ночь степями прямо в наш костёр,

а огонь не гаснет - пламя вверх растёт.

Что такое счастье? Жизни чтó конец?

Там, вдали, затихло блеянье овец.

Тишина. Не слышно, как шумит прибой,

но невольно шепчешь что-то сам с собой.

Вот звезда упала. Вспомнил. Загадал.

Замирает сердце. Что ты увидал?

Тихо, тихо, тихо. Не нарушить сон.

Видишь? - со вселенной слился горизонт.

Голубые искры. А ожог - в душе.

Тихо спит Овидий в нашем шалаше...

7 октября 1967

6 февраля 1976

5 декабря 1977

***

Красивых птиц бессмыслен взгляд –

блестящий выкат чёрных бусин...

О чём, о чём они кричат?

Зачем в их криках столько грусти?

И в первый холод сентября

под ветра резкого порывы

они кричат - как будто я

навек их слушатель единый.

Без птиц спокойней на душе,

а без тебя - душе прекрасно,

так улетай - пора уже,

не мучь меня тоской напрасной.

И, верно, мой бессмыслен взгляд,

когда смотрю на эти стаи –

они, смятенные, кричат,

они летят, не улетая...

26 ноября 1979

ПАГАНИНИ И БАЙРОН

По весенней Флоренции Байрон бродил с Паганини, -

о подробностях встречи их нету свидетельств нигде, -

да и кто бы мог в мыслях и чувствах угнаться за ними?

Только несколько фраз сохранил мемуар Эскюдье.

Байрон так говорил, излучая глазами улыбку, -

(Свежий ветер пронёсся, но город томила жара), -

- Плачут женщины, слушая вашу прекрасную скрипку,

что за страсти в них будит волшебная ваша игра!

- Вдохновенье кипит, коль музыка возносит сознанье,

а не так ли, милорд, и в поэзии тоже святой...

Ну, а женщины? Боже, прелестные эти создания

и от звуков горят негасимой любовной мечтой!

Но союз с ними вечный? - И тягостен он и непрочен...

Только как не принять этих чистых и искренних жертв?

Да о чём я, о чём я! Увы, до сих пор не закончен

мой любимый и лучший, проклятый f-moll’ный концерт!

- Ах, синьор Паганини, не помните ль вы, как Проперций

написал просто чудно, - сказал, улыбаясь, поэт, -

что без женщины жизнь - есть прямое подобие смерти,

ну а с женщиной жить - ни малейшей возможности нет.

- Это правда, хотя и смешна и грустна она вместе, -

отвечал Паганини с загадочно-скорбном лицом, -

я недавно услышал неаполитанскую песню,

и сегодня я просто не помню уже ни о чём.

Узнавали маэстро, желали здоровья и счастья,

странным обликом взгляды прохожих поэт привлекал,

был рассеян маэстро, - такое случалось нечасто, -

и, на Байрона глядя, в ответ невпопад он кивал.

Паганини и Байрон по улицам душным бродили,

и не знал Эскюдье, и не ведал никто наперёд,

что пройдёт только месяц - допишет концерт Паганини,

что пройдёт только месяц - и Байрон умрёт.