Ф А М И Л И Я

Продолжение. Начало 6.02.2012

Красноярск

Красноярск поразил холодной погодой (в августе 2005 года там было от силы +12) и огромной афишей спектакля »Наваждение Катерины» с Алексеем в полный рост.  Подойдя ближе, я прочла: в роли Катерины – Е.Соколова, Алексея - А. Дербунович. А надпись ниже гласила: «Это спектакль - предупреждение. Если женщина даёт обет перед Богом, то обманывать Его нельзя. Слишком жестокая будет расплата».

В этот момент меня охватила такая гордость, что я ношу ту же фамилию, что и Алексей.

Оставшееся время до самолёта я решила посвятить прогулке по городу.

В центре Красноярска, среди больших каменных домов, мне на пути попался один деревянный домишко.

«Наверняка, музей какой-то», - мелькнула мысль. Оказалось, «Дом-музей Сурикова».

- Ну, привет Вам от потомка, Михалкова, - озорно сказала я.

Потом долго шла вдоль реки. Енисей был такой большой, что подумалось: «Не зря его называют Енисей-батюшка!»

Поймала частника и попросила отвезти меня в аэропорт. Водитель поинтересовался:

- В часовне нашей знаменитой была?

- Нет, а где это? – спросила я его.

- Сейчас отвезу.

Дорога была головокружительной, она закручивалась серпантином так, что у меня захватывало дух. И вот мы у цели.

Выйдя из машины, водитель предложил:

- Глянь вниз, город как на ладони!

И действительно, зрелище было изумительное.

- Ну, поглядела? - поинтересовался мой провожатый.

- Да вроде да, сфотографировала даже, - откликнулась я.

- А теперь глянь сюда, - указал водитель на часовню, - ничего тебе не напоминает?

- Нет, - разочаровала я его.

- Ну, мать, на десятке, на купюре эта часовня изображена, - выдал он тайну, - называется Параскева Пятница.

Я полезла в кошелёк, нашла десятирублёвую купюру и внимательно стала её разглядывать.

- Ну, узнала? Похожа? - не унимался водитель.

- Ага, - кивнула я.

- Залезай, поехали в аэропорт, а то до него ещё ехать и ехать, он же за городом.

 Красноярский аэропорт вызвал во мне эффект deja vu – то же словно игрушечный.

Заняв своё место, я приготовилась было поспать, но не тут-то было. Сидевший рядом сосед  решил, видимо. продегустировать всё спиртное, находящее на борту. Мало того, он хотел, чтоб в этом деле ему помогла я.

- Девушка¸ - обращался он ко мне, - я же специально взял с расчётом на себя и на Вас, не откажите мне, я ж от всей души.

Мне же хотелось одного - спать. И я закрыла глаза.

И снова дома

И вот я в Москве, в моём родном городе. Увидев в толпе встречающих мужа, я сквозь толпу побежала к нему. Он тоже сделал шаг навстречу, а из динамиков неслась песня «Улетаю и тебя теряю».

- Что улетала, что прилетела, песни как на подбор: и всё на воздушную тематику, - смеялись мы, пока ждали чемодан.

Уже сидя в машине, он первый начал разговор:

- Ты знаешь, я тут полазил в Интернете и кое-что нашёл. Думаю, тебя заинтересует.

- А что именно удалось откопать?

- Что? Что? Зная, что с живого не слезешь, сделал распечатку.

Он полез в барсетку и извлёк оттуда сложенный лист бумаги.

Я раскрыла его, и моему взору предстала распечатка красноярского архива, где перечислялись фамилии репрессированных, среди которых было несколько и с нашей фамилией.

- И стоило мотаться за тридевять земель, когда сейчас всё в Интернете есть, - пробурчал Сергей.

- Стоило, - заспорила я, - ведь никто не отменял живое общение. И потом, мои предки переселились туда гораздо раньше, чем ты думаешь.

- Не в период репрессий разве? - удивился муж.

- Гораздо раньше! Хочешь, расскажу, если интересно, - предложила я.

- Валяй, - снисходительно согласился муж.

- Их переселение на край земли, это я Сибирь имею в виду, можно охарактеризовать так: «Жадность фраера сгубила».

Муж хмыкнул:

- Интересное начало!

- Так вот. Екатерина распорядилась: «Кто поедет осваивать новые земли в Сибирь, тот получит на это деньги». А поляки, они ж жадноватые всю жизнь были, вот они и поехали туда, куда Макар телят не гонял.

Дома, просматривая прессу, накопившуюся за дни отсутствия, я обратила внимание на заметку про мальчика-инвалида, который направил письмо Президенту в надежде получить коляску для передвижения. Видимо, в Администрации со всей серьёзностью подошли к его просьбе, ибо в газете было помещено фото мальчика в коляске.

Через месяц в СМИ прошло сообщение о том, что скоро состоится прямая трансляция встречи Президента с россиянами. И что можно свои вопросы оставить на сайте Администрации.

- Может, и мне написать, - поделилась я с мужем, - а вдруг мне ответят, в каком архиве искать ту злополучную книгу 1874 года.

- Далась тебе эта книга, - буркнул в ответ муж, - жить без неё не можешь?

- Да, не могу, у меня работа застопорилась, - я шла в наступление.

- Делать им нечего, кроме как твою книгу искать, - не сдавался муж.

- А всё-таки давай напишем, попытка не пытка. Если не ответят, будем искать в другом месте, - стояла я на своём.

- Ну, если уж так хочешь, давай, - сдался муж.

Найдя в поисковой системе нужный адрес, мы задали интересующий вопрос.

Осталось одно - ждать.

Но в этот раз везение оказалось не на моей стороне. Ответа я не дождалась.

- Не расстраивайся, - успокаивал меня муж, - у них там дел полно, не успевают.

- Да, конечно, я  понимаю, - буркнула я в ответ. - Отрицательный результат тоже результат.

- Какую стену теперь штурмовать будешь? - поинтересовался муж.

- Пока не знаю, - я была расстроена, - у меня никаких мыслей нет, куда бежать и что штурмовать.

- Да чтоб у тебя и не было мыслей? Не верю! - Сергей улыбнулся.

Я же его оптимизма не разделяла. И к кому обращаться - не знала.

Придя вечером с работы, Сергей протянул мне небольшой сверток.

- Что это? - спросила я, заинтригованная.

- Открой, увидишь, - ответил муж, не выдавая тайны.

Я  зашуршала, разворачивая бумагу.

- А что это? -  ещё раз спросила я, держа в руках нечто, напоминающее допотопный фотоаппарат. - У моего отца такой в молодости был.

- Даже не в молодости, а на заре туманной юности, - поправил меня  Сергей.

-  А чем он может меня заинтересовать?

- Так это ж ФЭД, - с гордостью произнёс Сергей.

- Что это? - никак не могла я взять в толк .- Мне-то он зачем? У меня никогда не было страсти к фотографированию.

- ФЭД - это Феликс Эдмундович Дзержинский! - просветил меня муж.

- А-а, вот оно что, спасибо большое, - я взяла Сергея за плечи и закружилась с ним по комнате.

- Я подумал, что он у нас на работе пылится? Его давно списали, а тебе – радость. Ведь правда? - поинтересовался муж.

- Ёще бы, мы теперь навеки связаны с этим именем!

Олеся ЩЕГЛОВА (ДЕРБУНОВИЧ)

Окончание следует